Рулетка Фемиды

Неконтрабандисты

Через полгода после полномасштабного вторжения российской армии в Украину, 8 октября 2022 года на Крымском мосту была дистанционно подорвана многотонная фура со взрывчаткой, сверхпрофессионально замаскированной под рулоны со строительной пленкой.

Погибли пять человек, включая водителя фуры, сгорели несколько железнодорожных цистерн, обрушилось 250 метров автомобильной части моста. Взрыв произошел на следующий день после 70-летия Владимира Путина.

Это была крайне сложная операция СБУ: взрывчатку, замаскированную в строительной пленке, доставили из Украины в Россию через несколько стран. В комментарии для СМИ на тот момент замглавы спецслужбы Владислав Малюк сказал, что в ходе операции были втемную использованы «российские контрабандисты».

Почему он назвал фигурантов дела контрабандистами, неясно. На скамье подсудимых оказались Олег Антипов, владелец логистической компании, которая приняла заказ на перевозку в Крым рулонов строительной пленки, предприниматель Александр Былин, предоставивший фуру, фермер из Херсона Роман Соломко, который еще в 2021 году заказал сельхозоборудование из Китая и импортировал его по той же схеме, которой потом воспользовалось СБУ. По версии обвинения, это была якобы отработка будущей диверсии — проведенная аж за год до войны.

Также на скамье подсудимых оказались водитель-дальнобойщик Артур Терчанян, предприниматели Артём и Георгий Азатьяны из Армавира, на склад которых выгружали строительную пленку, и предприниматель Дмитрий Тяжёлых из Липецка. Тяжёлых не имел никакого отношения к фуре, но занимался предоставлением виртуальных номеров для мобильной связи: один из его номеров оказался связан с транспортировкой груза.

Антипов сам позвонил в ФСБ, когда понял, что на мосту взорвалась его фура. Никто из других обвиняемых не пытался скрыться от следствия, до арестов ходили на все допросы.

Суд шел весь 2025 год в закрытом режиме. По данным «Медиазоны», суд закрыли по справке из ФСБ из-за якобы возможных угроз следователю, прокурорам и свидетелям.

«Новая газета Европа» подробно писала об этом деле: в октябре 2025 года все восемь обвиняемых получили пожизненное лишение свободы. Ни один из осужденных вину не признал: все они утверждают, что занимались своей обычной работой и не подозревали, что оказались втянуты в диверсию.

Два собеседника «Новой газеты Европа», знакомых с обстоятельствами «дела Крымского моста», рассказали, что после приговора никаких значимых событий не происходило. Осужденные целый год сидели в СИЗО и ждали апелляции.

15 сентября 2026 года Апелляционный военный суд в Ростове подтвердил все восемь пожизненных приговоров. Заседание прошло в закрытом режиме, зрителей не допустили. В совещательной комнате судьи совещались не более сорока минут.

Кроме рекордных в своей жестокости приговоров, осужденные должны возместить ущерб от теракта в 7 миллиардов рублей.

— У нас у всех еще в самом начале следствия арестовано всё движимое и недвижимое имущество. Процедуру изъятия пока не начали, не знаю, как она будет происходить. Ходим в храм, проводим время в кругу семьи. Только это и помогает, — рассказывает близкая родственница одного из осужденных.

Она говорит, что опасается за себя и своих близких, поэтому попросила об анонимности.

— Куда этапируют, пока не знаем. Связь с ними очень эпизодическая. Должна быть еще кассация. У нас адвокаты всё следствие боялись лишнее слово сказать, и СМИ, которые не признаны «иноагентами», с нами практически не общались. Возможно, если бы с самого начала подняли достаточно шума, итог был бы не такой, — предполагает она.

Опять дальнобойщики

До дела о подрыве «Крымского моста» похожим образом развивалось уголовное дело о теракте в метро в Санкт-Петербурге в 2017 году, совершенном радикальными исламистами. Тогда погибли 16 человек, включая террориста-смертника, более сотни получили ранения.

По версии осужденных, Ибрагимжон Эрматов работал с человеком, осуществившим теракт, в кафе «Суши вок», получил 26 лет лишения свободы. Ибрагимжон пользовался мобильным телефоном, зарегистрированным на своего брата Мухамадюсупа, — тот получил 27 лет лишения свободы. Еще несколько мигрантов из Центральной Азии получили сроки от 18 лет и больше, так как жили в однокомнатной квартире вместе с террористом. Они утверждают, что о его планах не знали, а скученно жили из-за бедности. До официального оформления задержания фигуранты дела подвергались длительным пыткам.

1 июня 2025 года СБУ вновь провела похожую на подрыв Крымского моста операцию, назвав ее «Паутина». Беспилотники атаковали четыре военных аэродрома в разных регионах России. СБУ отчиталось, что был поражен 41 самолет, и это, по данным украинской спецслужбы, 34% стратегических носителей крылатых ракет на аэродромах российской армии.

Дроны были спрятаны в каркасных домах и вылетали прямо из фур. Их перевозили пятеро дальнобойщиков, один из которых погиб при взрыве. Еще четверо получили обвинения по террористическим статьям, аналогично делу Крымского моста.

62-летний дальнобойщик из Челябинска Василий Пытиков погиб в Амурской области: фура с дроном загорелась на трассе. В Ивановской области был задержан 55-летний водитель большегруза Михаил Рюмин. В Иркутской области — 61-летний дальнобойщик Андрей Меркурье. В Мурманской области был задержан его коллега, 56-летний Александр Зайцев. В Рязанской области — 47-летний водитель Сергей Канурин.

Все фуры выехали из Челябинска и выполняли заказ логистической компании, зарегистрированной гражданином Украины Артёмом Тимофеевым. Он, его жена и один из его сотрудников объявлены в розыск.

Дальнобойщики ждали суда под стражей, но 16 сентября дело пошло не по сценарию. Мосгорсуд освободил всех четверых подследственных из СИЗО.

«Генпрокуратура отказалась утвердить обвинение в терроризме и других особо тяжких преступлениях, собранное Следственным комитетом России. Доказательства следствия признаны недостаточными», — написал «Коммерсант».

— Обвиняемые готовились к худшему. Почему в этом деле Генпрокуратура не послушала Главное Следственное Управление Следственного Комитета, совершенно непонятно. Пока мы выиграли битву, но еще впереди много работы, — рассказал собеседник, близкий к защите фигурантов «Паутины».

Руководитель программы «Поддержка политзеков. Мемориал» Сергей Давидис рассказал «Новой газете Европа», что фигурантов дела «Паутины» не признавали политзеками, потому что его коллеги не знакомились с материалами дела.

По словам Давидиса, такое решение Генпрокуратуры в деле об украинской диверсии — беспрецедентно.

— Не вспоминается ничего подобного. Обычно в таких случаях всегда руководствуются объективным вменением, — говорит Давидис.

То есть следствию достаточно самого факта преступления, и ему не очень интересны детали относительно причастности или непричастности конкретного человека. И в случае Крымского моста, и в случае с «Паутиной» фигуранты дел, очевидно, имели отношение к использованным украинским спецслужбами фурам, но это не значит, что они могли знать о замыслах диверсий.

— Очень сложно «ставить диагноз по фотографии». Возможно, дело Крымского моста вызвало очень серьезный резонанс, и ФСБ сработала против своих же интересов. Покарала людей, которые сами пришли сотрудничать с ФСБ, чтобы установить картинку того, что произошло. Здесь, видимо, таким путем решили не идти: возможно, чтобы не создавать такую атмосферу, что если вы случайно оказались вовлечены в украинскую диверсию, то об этом надо молчать, иначе ФСБ тебя же и накажет, — предполагает адвокат Дмитрий Захватов.