Год назад в России начали массово отключать интернет. Проблема коснулась десятков регионов — особенно часто о перебоях сообщали жители Центральной России, Поволжья и приграничных регионов.
В июле прошлого года Россия установила свой первый мировой рекорд по количеству шатдаунов — более двух тысяч отключений, — превысив общемировой показатель в десять раз.
Быстро стало понятно, что проблемы затрагивают в том числе здравоохранение. Первыми это ощутили на себе пациенты с сахарным диабетом — приложения, с помощью которых отправляются данные системы мониторинга глюкозы на смартфон, без интернета не работали. То есть невозможно было контролировать уровень сахара в крови — жизненно важный показатель.
По данным опроса, проведенного приложением «Справочник врача» среди своих пользователей, отключения мобильного интернета на рабочем месте стали регулярной проблемой для 54% медиков. Некоторые отмечали, что проводной интернет в их учреждении не предусмотрен, так что отключение мобильного практически останавливает работу. Без интернета часто невозможно уточнить информацию о препарате, загрузить данные пациента в систему и даже — казалось бы — взять анализ крови.
Врачи рассказали «Новой-Европа», как им работается в условиях бесконечных шатдаунов. Все имена изменены по их просьбе.
В ручном режиме
Ирина работает в бригаде скорой помощи в Москве еще со времен пандемии. По ее словам, сейчас эта помощь полностью цифровизирована. После звонка пациента диспетчер вносит данные в единую электронную базу, и уже оттуда вызовы распределяются по бригадам скорой помощи. Поступают вызовы на планшет, который интегрирован с ЕМИАС (единая медицинская цифровая система) и имеется у каждого врача скорой. Это устройство заменяет всю бумажную работу, которую приходилось делать раньше. Через планшет врач может получить оперативные данные о пациенте, внести свои назначения, передать сопроводительные документы в стационар.
— В мае на вызовы стало невозможно ездить, — жалуется Ирина. — В районе «трешки» стабильно пропадал интернет — и дальше как хочешь. Водитель злится, что непонятно, как проехать. Из-за этого иногда блуждали по дворам, прежде чем наконец подъехать к нужному дому. Планшет работал частично: вызов, слава богу, приходит, хотя иногда с опозданием, но в карту пациента не войти. А это важно, потому что от диспетчера первичная информация всегда самая общая – только возраст, что случилось. Обычно пока едешь, смотришь в карте, есть ли хронические заболевания, аллергия на лекарства, еще какие-то нюансы. И на приеме уже не тратишь время на опросы. Но когда интернет вырубают, ты едешь к пациенту, не имея ни малейшего представления о нем.
И вот я сижу, задаю вопросы, хотя все ответы есть в медкарте, только она недоступна. Все это удлиняет время приема, а для скорой оно критично.
Потом, пока трясешься на машине на следующий вызов, по старинке записываешь на бумажке — диагноз, рекомендации, назначения, чтобы не забыть. И вечером уже вносишь в компьютер.
По словам Ирины, для скорой есть специальное приложение-помощник, в котором можно и посмотреть коды диагнозов, и уточнить алгоритм действий. Вводишь диагноз — и сразу выскакивает, нужна ли госпитализация, куда везти. Его можно заранее скачать, чтобы работало без интернета. Иначе еще больше времени уходило бы на вызов, причем не на осмотр пациента, а на какие-то организационные моменты. Тем не менее, вопросы всё равно могут возникать — по лекарственным назначениям или госпитализации, — которые при наличии интернета можно уточнить через тот же планшет.
— Приходится звонить на подстанцию по телефону, — рассказывает Ирина. — Или привозим в больницу пациента, передаем информацию на словах, а потом после работы опять же всё вносим в систему. Хуже только врачам со скорой по ДМС (платная альтернатива государственной скорой помощи, которая дает возможность вызвать коммерческую бригаду и при необходимости быть госпитализированным в частную клинику. — Прим. ред.). У них приложение без сети не работает. Получать вызов, маршрутизировать пациента, делать запрос на госпитализацию — все приходится через диспетчера. Тот перезванивает врачу и поясняет порядок действий. В общем, прошлый век вместо цифровой медицины.
Всё выключено
Сегодня практически все государственные медучреждения работают с информационными системами. Программы могут быть разными, но суть одна: они объединяют всю работу поликлиники — электронную регистрацию, направления к специалистам, лабораторные анализы, рецепты, выписки из стационаров — в единую цифровую базу.
На работу этих систем врачи жаловались и раньше — программа то виснет, то глючит, а теперь к ее несовершенствам добавились проблемы с интернетом.
Анна — фельдшер районной поликлиники в Волгоградской области. Здесь интернет начали постоянно отключать еще в прошлом году. Жители уже привыкли, что вечером сеть пропадает, и обычно ее нет до утра. Но и в течение дня регулярно случаются перебои.
— Поначалу, когда интернет отключали, у нас был хаос, — рассказывает Анна. — Участковому без него никак: в компьютере и история обращений к врачу, и назначения специалистов, и выписки из стационаров. Мы там можем посмотреть результаты анализов, проверить рецепт. У пациентов даже кровь на анализ не могли взять, потому что без интернета не сделать штрих-код на пробирку.
Сейчас, по словам Анны, всю медицинскую информацию стали дублировать на бумаге.
— Но всё равно на все случаи не подстрахуешься, — признает она. — Я недавно оформляла больничный, и тут всё отключилось. На следующий день смотрю, а его нет в системе, как будто ничего не вводила. Или вот частая ситуация: заполняешь карту, интернет пропал — вся информация слетела, и ты по новой всё вводишь. А иногда вообще нет связи, даже по телефону.
На днях пришел на прием пациент, нужно было его госпитализировать. Врач звонит в больницу, а звонок не проходит.
Ох, как мы перенервничали. Хорошо, что минут через десять связь появилась, всё обошлось.
Фото: Антон Вергун / ТАСС / Zuma Press / Scanpix / LETA
Вне зоны доступа
Самой большой проблемой, связанной с отключением интернета, сами медики считают отсутствие доступа к профессиональной информации.
— Вот смотрите, у меня на приеме пациент с онкологией, которому я выписываю препарат, и мне нужно быстро уточнить дозировку по протоколу, — говорит Роман, онколог из частной клиники в Москве. — Или посмотреть актуальный гайдлайн, а ресурс либо недоступен, либо требует подписку, которую без зарубежной карты не оформить. Приходится работать по памяти, это некомфортно. В чатах часто читаю возмущение: что же ты за врач, если не можешь без интернета выписать лекарство. Но ни один специалист не в состоянии держать в голове всю информацию, значит, она будет ограниченная.
Коллегу поддерживает Евгений, офтальмолог из московской больницы.
— Лекарства, которые выписываю на постоянной основе, я помню наизусть: дозировки, как принимать. Для всего остального есть интернет. Точнее, был. Недавно приходил на прием пациент, у которого начались осложнения после назначения препарата. Я никогда с этим не сталкивался, нужно срочно прошерстить литературу, подобрать замену. Иностранные сайты у нас блокируются, но тут может помочь VPN. А вот если интернета вообще нет — ни мобильного, ни вай-фая в поликлинике, — что я могу сделать? Только предложить прийти в следующий раз или обратиться к другому, более опытному врачу.
Для Ольги, психиатра из Самары, такие ситуации скорее исключения, чем правило.
— У нас, конечно, в городе мобильный интернет постоянно пропадает, но в клинике свой вай-фай, его обычно хватает, чтобы вести прием, — говорит она. — Хотя однажды была ситуация: у меня пациент с сопутствующим хроническим заболеванием, надо было уточнить сочетание препаратов и дозировку. А интернет с самого утра лагает, ничего не грузится. Сказала пациенту, что как выясню всё, перезвоню ему.
По словам врача, такая ситуация хоть и неприятная, но решаемая. Гораздо критичнее, что отключения интернета влияют на возможность учиться.
— Я постоянно прохожу обучение на курсах, слушаю лекции, посещаю онлайн-конференции. И все это проходит на платформах Zoom, Яндекс Телемост, для которых нужен стабильный интернет. А с этим как раз проблема. То картинка зависнет, то вообще не получается зайти на платформу. На днях была на онлайн-конференции по нарушениям поведения у детей, у меня подвис интернет, и меня выкинуло с лекции. А в записи ее нет. Вот это обидно!
Фото: Юрий Смитюк / ТАСС / Zuma Press / Scanpix / LETA
Двойная работа
После того случая, когда не удалось быстро выйти в интернет, чтобы найти препарат, Ольга решила подстраховаться. Сделала себе в вордовском документе напоминалку с дозировками всех препаратов, которые она обычно назначает. Скачала себе на компьютер тесты и опросники для диагностики, которые обычно использовала в онлайн-формате.
— Препарат — ладно, действительно можно перезвонить. А вот если все зависнет, когда пациент тест проходит, — выйдет некрасиво, — поясняет Ольга. — Так что заранее «подстелила соломку».
Так вынуждены действовать большинство врачей — подстраховывать фактически каждый этап своей работы.
— Все, чем я пользуюсь на постоянной основе, у меня теперь есть и в офлайн-варианте, — говорит офтальмолог Евгений. — Схемы лечения, дозировки, тест Амслера, который помогает выявлять проблемы в центральных отделах сетчатки глаза, кодирование заболеваний — всё это раньше я одним кликом мышки мог найти на сайте. Теперь всё сохранено в папках на рабочем столе компьютера.
Но предугадать, что может понадобиться на очередном приеме, невозможно, так что врач внутренне всегда готов к тому, что оказать помощь в полном объеме не получится.
Прибавилось и бумажной работы. Без интернета даже согласие на передачу персональных данных не заполнить онлайн, приходится пациентам от руки писать.
— У нас всегда было много писанины. И с интернетом тоже приходится много всего заполнять, но хоть не от руки. А теперь выписываем направление и электронное, и бумажное. Чтобы пациент смог попасть к специалисту, если интернета не будет. Сперва все переучивались выписывать электронные рецепты, а теперь снова учим молодых бумажные выписывать, — грустно усмехается фельдшер Анна.
