Интервью — Экономика

Как повышение ключевой ставки до рекордного 21% отразится на россиянах? Объясняет доктор экономических наук Игорь Липсиц

Интервью с венчурным инвестором Николаем Давыдовым об отношении техсообщества к задержанию Павла Дурова и рисках при вложении в Telegram

Экономист Владислав Иноземцев — о том, почему валютный рынок не отреагировал на прекращение торгов Московской биржи

Откуда возьмется курс рубля к доллару, когда нет валютной биржи? Объясняет экономист Рубен Ениколопов

Сергей Гуриев объясняет, что происходит с экономикой в начале третьего года войны

Экономические итоги 22 месяцев войны подводит экономист Игорь Липсиц

Сергей Алексашенко о санкциях, военном кейнсианстве и о том, как Кремль покупает население России

Экономист Андрей Мовчан объясняет, почему отказался от российского гражданства, и рассказывает, какой профит от войны в Украине получают Запад, Китай и Россия

Экономический обозреватель Максим Блант — о том, что ЕС и Япония выступили против предложения США полностью запретить экспорт в Россию, о курсе рубля и репарациях

Экономист Константин Сонин, которого Россия объявила в розыск, объясняет Ирине Купряхиной, в чем состоит трагедия для будущего страны

Как повлияет на российский рынок новая инициатива депутатов об ограничении ввоза некоторых лекарств?

В результате вторжения в Украину Россия может потерять триллионы долларов, считает ведущий эксперт по неравенству и глобализации Бранко Миланович

Как украинская экономика справилась с кризисом войны и сама перешла на военные рельсы. Интервью доктора экономических наук, профессора Игоря Бураковского

Российские нефтепродукты теперь тоже под санкциями. Объясняем, что это значит

«Гигантский Иран» или колония Китая? Профессор Гарварда Кеннет Рогофф — о будущем российской экономики

Почему санкции не работают и виновато ли «лицемерие Запада» в войне против Украины? Объясняет Тома Пикетти, ведущий эксперт по вопросам экономического неравенства