Гарантированный тупик

Европа в соседней комнате

Двухдневный переговорный марафон начался во вторник утром. Сначала украинская делегация встретилась с представителями Великобритании, Франции, Германии, Италии, НАТО и Еврокомиссии. При этом к ним присоединились представители президента США Дональда Трампа Стив Уиткофф и Джаред Кушнер.

На фотографии, которую опубликовал глава украинской делегации, руководитель Службы внешней разведки Рустем Умеров, — небольшой зал с флагами и портретами руководителей Эмиратов, П-образный стол: европейцы напротив украинцев, американцы между ними. Целью встречи, как пояснил Умеров, было сверить позиции и скоординировать шаги перед трехсторонним этапом.

Москва была против привлечения европейцев к переговорному процессу. В итоге они все же добились возможности присутствия в Абу-Даби, хотя и не в рамках трехстороннего (российско-американо-украинского) формата. При этом из заявлений накануне встречи следовало, что слишком многого представители Европы не ждали. «Важно, чтобы Россия наконец вступила в серьезные переговоры о прекращении огня и последующем мирном соглашении. Пока я не вижу никаких признаков этого», — отметил, например, на прошлой неделе канцлер ФРГ Фридрих Мерц.

Встреча с участием европейцев завершилась совместным заявлением, формулировки из которого уже не раз звучали: любые будущие договоренности должны уважать суверенитет и территориальную целостность Украины, а также ее право самостоятельно принимать решения. Кроме того, участники потребовали дать Украине надежные гарантии безопасности. И заверили: «Сильное НАТО останется центральным элементом коллективной обороны евроатлантического пространства».

Новое на базе старого

Трехсторонний этап начался в тот же день, во вторник, вскоре после полудня по местному времени. Цель, сказал Кушнер, открывая встречу, — «создать новую систему взаимодействия и новое понимание, опираясь на прежние механизмы международного сотрудничества и накопленный опыт». У американцев, по его словам, были «хорошие идеи» насчет того, как можно было бы преодолеть разногласия между Москвой и Киевом.

читайте также

В Абу-Даби завершился первый день переговоров России, Украины и США

10 ноября

читайте также

В Абу-Даби завершился первый день переговоров России, Украины и США

10 ноября

В первый день переговоры продлились около четырех часов, включая перерыв примерно на 40 минут. Предварительные итоги стороны оценили сдержанно-позитивно. Президент Украины Владимир Зеленский назвал переговоры «конструктивными и довольно содержательными»: по его словам, речь шла прежде всего о гуманитарных вопросах — обмене пленными, возвращении удерживаемых Россией гражданских и вывезенных детей, — а также о гарантиях безопасности. Госсекретарь США Марко Рубио, который следил за происходящим со стороны (он был на встрече министров иностранных дел G7 в Париже), заметил: переговоры, «похоже, были очень продуктивными». Кушнер написал, что американцы «воодушевлены конструктивными обсуждениями» и тем, что Вашингтону удалось сократить разрыв между позициями противоборствующих сторон.

Переговоры во второй день заняли около двух часов. По их итогам Мединский объявил, что Россия и Украина договорились о новом масштабном обмене пленными, параметры которого огласят позже. Центральной темой, по его словам, стала «всеобъемлющая система безопасности в Европе»: Москва считает правильной саму постановку вопроса о том, что будет с этим аспектом после неминуемого — рано или поздно — окончания конфликта. «Мы с участием американской стороны обменялись мнениями. Где-то было понимание, где-то нет. Диалог будет продолжен», — рассказал также Мединский. Замглавы МИД Сергей Рябков столь же сдержанно подтвердил, что по итогам встречи есть «основа для дальнейшей работы».

При этом Мединский раскритиковал европейцев, обвинив их в «групповом обмане украинского народа»: 

А вот посланники Трампа удостоились лишь комплиментов. Они, по словам главы российской делегации, «люди искренние, эффективные, нацеленные на результат», за что Москва им благодарна. Возможность еще раз лично выразить слова благодарности представится уже в четверг: Джаред Кушнер заявил, что теперь вместе со Стивом Уиткоффом отправляется в Москву.

Что первично

Главное отличие этого раунда от прежних — акцент на гарантиях безопасности, причем в максимально широком смысле. Идея состояла в том, чтобы отойти от темы территориальных претензий и проверить, не смягчит ли Москва свои требования, если предложить ей роль в создании послевоенной архитектуры безопасности.

Замах Вашингтон обозначил заранее. 5 ноября, после встречи в Белом доме со спецпредставителем Владимира Путина, главой Российского фонда прямых инвестиций Кириллом Дмитриевым, Трамп пообещал: «Это будет очень масштабно. Это затронет не только Украину, и я бы даже сказал, что, возможно, всю Европу. Это будет большое, красивое соглашение, и все будут в восторге».

читайте также

Мистер вето

Демократы вернули себе обе палаты Конгресса. Как Трамп будет править последние два года?

Николай Першин4 ноября

читайте также

Мистер вето

Демократы вернули себе обе палаты Конгресса. Как Трамп будет править последние два года?

Николай Першин4 ноября

В тот же день Кушнер объяснил в X, что речь идет о «практических договоренностях, учитывающих озабоченности всех сторон». Он назвал пять элементов: постоянные консультации по вопросам безопасности, надежную связь на случай кризиса, большую военную прозрачность, взаимные меры по снижению риска эскалации и прочную основу для долгосрочной стабильности в Европе. Каждая страна при этом сохранила бы право сама решать вопросы своей безопасности и союзов, ни у кого не было бы права вето на чужие суверенные решения, а НАТО осталось бы основой коллективной обороны Европы.

Образцом для нового формата взаимодействия Москвы и Запада, по данным обозревателя The Washington Post Дэвида Игнатиуса, послужил Совет Россия — НАТО, созданный в 2002 году (последнее заседание состоялось 12 января 2022 года). Разговоры о перемирии и о будущем Европы Кушнер, по словам Игнатиуса, хотел вести одновременно, чтобы оба «поезда» пришли в одно время. Европейцы же настаивали, что сначала нужно прекратить огонь.

За ту же очередность после первого дня в Абу-Даби выступил Зеленский: «Первое — остановите войну в Украине, второе — гарантии безопасности для Украины, третье — может быть, какой-то диалог [о системе безопасности в Европе и мире. — Прим. ред.]». «Эта последовательность очень-очень важна», — подчеркнул он.

Картографические хитрости

Что касается первого, то прорывов по итогам переговоров в Абу-Даби ожидать не приходилось. Россия по-прежнему требует передачи ей всего Донбасса. Вывод вооруженных сил Украины с территорий, которые они до сих пор контролируют, Путин, по данным Financial Times (FT), считает предварительным условием для объявления перемирия.

Впрочем, накануне встречи в Абу-Даби американский чиновник, которого на условиях анонимности цитировало агентство Reuters, внес толику оптимизма. Он утверждал: и Россия, и Украина в частном порядке начали проявлять некоторую гибкость в вопросе возможного обмена территориями. «Впервые у меня ощущение, что у российской стороны есть реальное желание закончить», — говорил собеседник Reuters.

Необычная гибкость Москвы, добавлял журнал The Economist, появилась как раз после того, как американцы предложили расширить повестку переговоров до темы общеевропейской безопасности. По данным издания,

Звучала и другая трактовка: американцы могли предложить при разделе территории ориентироваться на административные границы не всей Донецкой области целиком, а ее отдельных районов. Это позволило бы более четко установить линию разграничения, которая лучше соответствовала бы тому, где сейчас де-факто проходит фронт.

Но таким образом часть Донбасса все-таки осталась бы под контролем Киева, что вряд ли удовлетворило бы Москву. Как отметили аналитики американского Института изучения войны (ISW), такое предложение администрации Трампа не учитывает широкие территориальные амбиции Москвы, выходящие далеко за пределы Донецкой и Луганской областей. «Российские официальные лица регулярно заявляют, что «Новороссия» — неопределенно очерченный, вымышленный регион на юге и востоке Украины — является неотъемлемой частью России. Примечательно, что в представлениях российских властей «Новороссия» включает не только оккупированный Крым и четыре области, аннексию которых Россия объявила незаконно, но также Харьковскую, Днепропетровскую, Николаевскую и Одесскую области», — говорилось в обзоре ISW от 10 ноября.

Размен территориями неприемлем и для Киева, что подтвердил 10 ноября Владимир Зеленский. «Украинская делегация никогда не обсуждала какие-либо уступки в отношении территорий, оккупированных Россией. Украина никогда этого не признает — ни де-факто, ни де-юре. Такова была наша позиция за столом переговоров с самого начала», — процитировала в тот же день газета The Telegraph информированный источник в украинских кругах.

Киев предлагает заморозить войну по нынешней линии фронта, при этом не признавая оккупированные земли российскими. За этой позицией — широкая общественная поддержка. 61% опрошенных Киевским международным институтом социологии назвали категорически неприемлемым вывод войск из подконтрольной Киеву части Донбасса и передачу ее России в обмен на гарантии безопасности от США и Европы.

Тем временем на самом поле боя давно сложилась тупиковая ситуация. По подсчетам ISW, с 1 января по 21 октября 2026 года ВСУ освободили около 1080 кв. км территории. С учетом этого чистый территориальный прирост российских войск за тот же период составил всего лишь 73 кв. км.

Тем не менее Москва не считает себя слабой в военном плане. Российские военные и разведчики на переговорах в Абу-Даби, как рассказал Владимир Зеленский, сильно завысили масштабы оккупации Донбасса, соврав о захвате тех территорий, которые остаются под контролем ВСУ. Украинская делегация ответила видео, фотографиями и другими доказательствами, и американцы, по словам Зеленского, согласились с оценкой Киева. «Путин живет в другой реальности», — заключил украинский президент.

Назад в 1997-й

Второй упомянутый Владимиром Зеленским этап — получение Украиной гарантий безопасности. Как писало издание Politico, перед встречей в Абу-Даби Вашингтон официально спросил Москву, согласится ли она на то, чтобы США и НАТО дали Киеву гарантию «по образцу статей 4 и 5» Североатлантического договора. Ответ Кремля пока не известен.

У Украины были свои условия. Владимир Зеленский настаивал, что американские обязательства должны быть закреплены голосованием в Конгрессе, а не политическими заверениями, которые следующая администрация может отменить. Кроме того, Киев категорически отвергал возможность закрепления нейтралитета страны, а также перспективы сокращения ВСУ менее чем до 800 тыс. человек. При этом, как сообщило агентство AFP со ссылкой на высокопоставленный украинский источник, Киев стремится получить финансовую поддержку как минимум на десять лет, чтобы обеспечить существование 800-тысячной армии.

Москва же сосредоточилась на третьем элементе. Цель переговоров — «обсуждение вопроса обеспечения безопасности Украины и России после выхода на мирные соглашения», говорил Путин 22 октября, соглашаясь с Уиткоффом, что обсуждать надо и систему европейской безопасности. Гарантии, уточнил 3 ноября пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, «могут быть только взаимными». А глава МИД Сергей Лавров в тот же день предложил строить безопасность в Европе как часть общеевразийской, а не евроатлантической архитектуры.

Чего именно Москва ждет от такой архитектуры, известно с декабря 2021 года: тогда Россия требовала вернуть военное присутствие НАТО в Европе к уровню 1997 года — до вступления в альянс бывших стран Восточного блока. Человек, который эти требования тогда отстаивал на переговорах с США, — замглавы МИД Сергей Рябков — в этот раз оказался в составе делегации. В Абу-Даби, по данным источника РБК-Украина, россияне вернулись к прежним предложениям и заявили, что войну якобы вызвал отказ тогдашнего президента США Джо Байдена принять условия Москвы.

Но ограничения, продвигаемые Москвой, лишили бы членство восточноевропейских стран в НАТО практического смысла, да и в целом абсолютно немыслимы в нынешних условиях. У Путина «нет права вето на европейскую безопасность», — вполне справедливо отметила на прошлой неделе верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас.

Ни сильные, ни слабые

Итоги прежних раундов — тех из них, которые можно хотя бы частично признать успешными, — похожи: обмены пленными, локальные кратковременные паузы, восстановленные каналы связи — но ни одного сдвига по основополагающим вопросам, решение которых могло бы привести к завершению или хотя бы приостановке войны. В этот раз ключевой также стала практическая договоренность — об обмене пленными.

Самое емкое объяснение дипломатического тупика еще весной дал аналитик финской Black Bird Group Эмиль Кастехельми, которого цитировало издание Kyiv Independent: ни одна из сторон «не настолько сильна и не настолько слаба», чтобы всерьез пытаться найти решение, — пусть даже обе стороны сталкиваются с целым набором разнобразных трудностей.

Американский исследователь конфликтов Уильям Зартман называет условием успешных переговоров «зрелость» конфликта:

Что касается Украины, то ей остро не хватает ракет для зенитных комплексов Patriot и ряда других вооружений, но и уступать она явно не собирается. Путин же уверен, что время на его стороне: в какой-то момент Украина не может не «сломаться».

По данным информированных собеседников FT, российский лидер сейчас на самом деле сосредоточился на том, чтобы вернуть себе военное преимущество жестокой зимней кампанией ударов по украинской энергетике. А перенос разговора с территориального вопроса на гарантии безопасности он якобы рассматривал как способ еще больше затянуть переговоры.

«Я буду уничтожать всю вашу инфраструктуру, пока вы не согласитесь», — так один из собеседников FT, участвующих в неофициальных контактах по урегулированию, пересказал суть позиции Путина. А старший научный сотрудник Гудзоновского института Мэтью Бойс в разговоре с «Радио Свободная Европа/Радио Свобода» подвел черту: «Чекисты мастерски втягивают иностранцев в бесконечные дискуссии, которые обычно ни к чему не ведут».