По данным мэра Москвы Сергея Собянина, прошедшие выходные дни стали рекордными по числу атаковавших Москву украинских дронов за всю войну. Участились и прилеты по другим российским городам. С чем связан рост количества обстрелов и куда они могут быть направлены в ближайшем будущем?
Атаки на Россию
На прошлой неделе ВСУ сотни раз атаковали территорию России дронами и ракетами. Так, 10 марта украинские военные нанесли ракетами Storm Shadow / SCALP-EG британского или французского производства удар по заводу «Кремний Эл» в Брянске — одному из крупнейших российских предприятий микроэлектроники, где изготавливают полупроводники и микросхемы для беспилотников и ракетных комплексов, в том числе для «Панцирей» и «Искандеров».
В ночь на воскресенье 15 марта беспилотники поразили нефтебазу в пригороде Тихорецка в Краснодарском крае РФ. В результате атаки на территории объекта вспыхнул пожар. 12 марта в Тихорецком районе также горела нефтебаза после атаки беспилотников.
Белгород и Белгородский округ в ночь на 15 марта подверглись массированному ракетному обстрелу со стороны ВСУ, сообщил губернатор региона Вячеслав Гладков. «Нанесены серьезные повреждения объектам энергетической инфраструктуры. В результате зафиксированы перебои с подачей электроэнергии, водоснабжения и тепла», — говорится в его сообщении. Удар, в частности, пришелся по электроподстанции на улице Сумская в Белгороде.
Пресс-служба Минобороны сообщила, что средства противовоздушной обороны (ПВО) в период с 21:00 МСК 14 марта до 7:00 МСК 15 марта перехватили и уничтожили над Россией 170 украинских беспилотников, включая 20 дронов, летевших на Москву.
Беспилотники были сбиты над Тверской, Брянской, Белгородской, Калужской, Курской, Смоленской, Тульской, Ростовской, Волгоградской и Саратовской областями, а также над Краснодарским краем, Адыгеей, Крымом, акваторией Черного моря.
Российские СМИ сообщали, что 14 марта на подлете к столице зенитчики сбили более 60 дронов; атака стала самой масштабной в этом году. Тогда приостанавливали полеты аэропорты Внуково, Домодедово и Жуковский.
В ночь на 16 марта Краснодарский край РФ оказался под массированным ударом беспилотников. Главной целью атаки стала нефтебаза в Лабинске.
Известно, что на территории нефтебазы наблюдается открытое горение. Столб черного дыма виден в нескольких километрах от места происшествия.
Городские службы устраняют послествия удара по Брянску, 11 марта 2026 года. Фото: Максим Блинов / Sputnik / Imago Images / Scanpix / LETA
Рекордный налет
«Вообще Собянин написал про 250 дронов, уничтоженных за выходные непосредственно на подлете к Москве или на втором рубеже по направлению к Москве, — говорит “Новой-Европа” на условиях анонимности аналитик The Conflict Intelligence Team (CIT). — Это рекорд не только за год, а в принципе за всё время. Честно говоря, цель ударов по столице РФ не ясна. Особенно учитывая то, что Москва лучше всего защищена и ни один БПЛА, кажется, своей цели не достиг. Может быть, хотят просто создать напряжение, задержки в работе аэропортов, отключения интернета и т. д. Плюс связать ПВО, чтобы, если были мысли передислоцировать часть систем в менее защищенные регионы, от этой идеи отказались. Но тут наверняка сложно что-то утверждать. Поскольку не было поражений, да и видео с пролетом дронов практически нет, какие именно цели намеревались поразить, сказать невозможно».
Москва, по словам военно-политического обозревателя группы «Информационное сопротивление» Александра Коваленко, на сегодняшний день является наиболее защищенным с точки зрения противовоздушной обороны регионом России. Вокруг города сконцентрирована очень плотная и высокоэшелонированная ПВО. Для обеспечения ее работы направляются все необходимые средства, техника и боекомплект. Перед ВСУ стоит задача истощить средства ПВО и создать дефицит боеприпасов для зениток. Судя по тому, как паникуют Z-военкоры и пропагандисты, с этой задачей украинская сторона справляется. Кроме того, есть цель провести разведку, а также парализовать работу российских аэропортов и нанести таким образом значительный экономический урон.
«Массированные атаки Москвы в первую очередь призваны выявить и “засушить” системы ПВО столичного региона, — рассказывает “Новой-Европа” военный эксперт, полковник ВСУ в запасе Роман Свитан. — Не удивлюсь, если в следующий раз удар будет нанесен украинскими ракетами, которые обойдут выявленные дронами очаги противовоздушной обороны.
Кроме того, стягивая дополнительные ЗРК к столице, россияне вынуждены забирать их с фронта или от других важных объектов, которые теперь ВСУ станет удобнее атаковать».
Активизация ударов
«Активизация ударов по территории России связана в первую очередь с ростом производства дальнобойных дронов, — продолжает Роман Свитан. — Ракеты Storm Shadow/SCALP-EG дорогие и их поставляется очень мало. Эти ракеты используют при атаках на укрепленные цели, такие как завод “Кремний Эл” в Брянске. А нефтяная инфраструктура и другие энергетические производства попадают под удар беспилотников. Сейчас в Украине производится сотнями в сутки целая номенклатура дальнобойных ударных БПЛА: это и “«Лютый”, и “Бобер”, и FP-1, и FP-2, и другие. Россияне не в состоянии надежно прикрыть от ударов свои города. Даже один Белгород, который становится мишенью для налетов и обстрелов. Дроны хозяйничают в небе европейской части России».
«Если ракеты Storm Shadow/SCALP-EG есть, то почему бы их не использовать? — задается вопросом аналитик CIT. — Вероятно, при планировании решили, что для поражения завода “Кремний Эл” именно эти ракеты лучше подходят по тактико-техническим характеристикам. Хотя они уступают “Фламинго” в дальности, что в контексте Брянска неважно, и массе боевой части, но зато более совершенны в техническом плане. Их сложнее обнаружить и они более устойчивы к помехам и радиоэлектронной борьбе.
При этом по тому же Воткинску (в ночь с 20 на 21 февраля 2026 года украинская армия запустила несколько ракет “Фламинго” по военному заводу в городе Воткинск на территории Удмуртии) били как раз “Фламинго”, так что в принципе используется и то, и то».
Аналитик CIT уверен, что интенсивность обстрелов территории России будет зависеть исключительно от возможностей украинского ВПК и помощи партнеров. Если средств поражения окажется достаточно, продолжатся и удары. Какие-то оценки, по данным CIT, давать сложно. По помощи — всё неопределенно, да и поставляемые объемы средств дальнего поражения от партнеров невелики. По собственным возможностям Украины тоже есть много неясностей. Та же компания Fire Point (создатель «Фламинго») еще в прошлом году обещала выйти на уровень производства около 200 ракет в месяц, но специалисты этого до сих пор так и не увидели. Однако по дальнобойным ударным БПЛА объемы у Украины, может, пока не равны, но уже сравнимы с российскими.
«Британские и французские ракеты Storm Shadow/SCALP-EG — это высокотехнологичное оружие, которое очень сложно перехватить системам ПВО, — рассказывает “Новой-Европа” Александр Коваленко. — Их применяют для ударов по объектам, которые защищает мощная система ПВО. При этом гораздо более дешевая и простая в производстве украинская ракета “Фламинго” имеет не только сухопутную пусковую установку, но и значительно большую дальность полета, а также массу боеголовки. “Фламинго” должны быстро и в значительном количестве выходить из сборочного цеха. Ждем этого момента. Кроме того, украинская промышленность производит гораздо более сложный продукт — так называемый дальний “Нептун-Д” Р-360, который поражает цели на дальности до 1 тысячи километров. К сожалению, эта ракета производится медленно и требует серьезных затрат ресурсов.
В ближней тыловой зоне ВСУ всё чаще используют БПЛА-платформы, которые несут на себе несколько FPV-дронов. Как правило, действие таких аппаратов ограничено 20–30 километрами от передовой».
По словам Александра Коваленко, Украина наращивает производство дальнобойных ударных дронов и ракет, используемых для атак вглубь России. Российское министерство обороны зачастую преувеличивает число атакующих украинских дронов, завышая количество сбитых БПЛА в два-три раза. Однако заметный рост числа атак украинских беспилотников очевиден. Полная информация есть только у военных, но можно говорить о том, что сегодня ВСУ использует приблизительно вдвое больше беспилотников, чем год назад.
Вид на воронку, образовавшуюся после обстрела вблизи электрической подстанции в Белгороде, 12 марта 2026 года. Фото: Андрей Бородулин / AFP / Scanpix / LETA
Новые удары
«Усиление ударов, разумеется, отмечается. — заявляет “Новой-Европа” военный исследователь Кирилл Михайлов. — В приоритете — нефтяная инфраструктура как один из источников доходов российского бюджета, объекты ВПК, в частности, направленные на производство взрывчатых веществ и ракет, как средство проактивной защиты от российских ударов по Украине, а также обстрелы энергетической инфраструктуры Белгорода в ответ на удары по украинской энергетике. Масштабирование производства украинских вооружений зависит в первую очередь от иностранных инвестиций и финансирования украинского бюджета».
Важнейшей целью украинских атак, по мнению Романа Свитана, в ближайшее время станет нефтяной сектор. Ведь после начала войны США и Израиля с Ираном цены на «черное золото» выросли, и у ВСУ появилась задача не дать российскому бюджету дополнительно пополняться. Кроме того, удары будут наноситься по производствам российских дронов и ракет, летящих в Украину.
Ракет «Фламинго», которые украинская промышленность обещала выпускать по десятку в день, сегодня, по данным Романа Свитана, ежедневно не производится и трех. Фактически эта ракета применялась всего несколько раз.
«Качественно нового уровня по количеству deep strikes (ударов вглубь России) мы пока не наблюдаем, — говорит аналитик CIT. — Навскидку видим примерно тоже самое, что и последние полгода. Удар по Белгороду — это ответ на массированную атаку на Киевскую область в субботу. Так происходит каждый раз: если есть атака на украинскую энергетику, то вечером того же дня 100% будет удар по инфраструктуре Белгородской области. По нефтебазам и НПЗ, наоборот, стало меньше ударов, чем было во второй половине прошлого года. Вроде бы есть переориентация на военную промышленность, видим много ударов по предприятиям азотной промышленности, удар по Воткинску, где баллистику производят, теперь вот “Кремний Эл”. Какие еще российские объекты вероятно попадут под удары, зависит от планов командования и политического руководства Украины. Мы видим, что они периодически корректируются. То основной упор был на НПЗ, нефтяную инфраструктуру, сейчас, кажется, фокус сместился на ВПК. Но не исключено, что ближе ко второй половине года это вновь поменяется».
Атаки на объекты ВПК аналитик CIT связывает с российским производством ракет и БПЛА: та же «Алабуга», ижевский «Купол», объекты корпорации «Тактическое ракетное вооружение», «Алмаз-Антей». В цепочках производства десятки предприятий, так что ВСУ есть из чего выбрать. Вероятно, будут исходить из того, что критически важно, но при этом доступно для поражения и достаточно чувствительно к таким атакам.
«Удары по территории Российской Федерации будут масштабироваться, — говорит Александр Коваленко. — В 2026 году удары станут интенсивнее, чем в прошлые годы. Могу предположить, что уже 2027 год многие россияне, в том числе и москвичи, будут встречать при свете свечей. Также будет расширен банк целей, по которым ВСУ нанесет удары. Вероятно, что украинская армия интенсифицирует атаки на объекты нефтяной инфраструктуры и газотранспортной системы, а также на производства, обеспечивающие приток средств в российский бюджет».
