Странствующий прокурор и его заказные письма

«Янус» против «Карфагена»: органы уголовной юстиции Украины объявили войну… друг другу

Скандал вокруг операции «Карфаген», связанной с антикоррупционным расследованием в Украине, вышел на новый уровень. Точнее, выехал. Генеральный прокурор Руслан Кравченко покинул страну, не дожидаясь, пока Рада его уволит. И, пользуясь последними часами на должности, выдвинул подозрения в коррупции своим обвинителям. Наш собкор в Киеве Ольга Мусафирова рассказывает о деталях сюжета, который развивается вполне в духе Гоголя, то есть в канонах классической украинской и мировой сатиры. 

Напомню, о чём писала неделю назад: НАБУ и САП (Национальное антикоррупционное бюро Украины и Специализированная антикоррупционная прокуратура) вскрыли механизм «крышевания» так называемых колл-центров, которые занимались мошенничеством не только в Украине, но и в странах ЕС. Организатором преступной группировки с миллионами на счетах, дорогой недвижимостью и движимостью оказался, по данным детективов, заместитель руководителя департамента Офиса Генерального прокурора. Видео- и аудиодоказательства выглядели красноречиво. Организатора схемы поместили под стражу.

Детективы НАБУ также информировали: по их сведениям, указанный топ-сотрудник Офиса Генпрокурора согласовывал незаконные действия с лицом, именуемым на записях прослушки «шефом» или «Андреевичем». Потому после длительного разговора с президентом в отставку подал обладатель отчества «Андреевич» — генпрокурор Руслан Кравченко. Хотя он решительно отверг собственную причастность к получению средств от колл-центров и к их легализации.

В понедельник, 14 сентября, в 8:00, по-прежнему Генеральный прокурор Кравченко — процедура отставки требовала соответствующего представления главы государства и решения Рады — записал видеообращение и разместил в соцсетях копии «підозр», то есть извещений о подозрении. Они адресовались директору НАБУ Семену Кривоносу и еще одному лицу со скрытыми персональными данными, но близкому к руководителю САП. Следом всё то же выставили на официальном сайте Офиса генпрокурора, раз начальник де-факто оставался на своей должности.

Автор видео настаивал: истинной целью операции «Карфаген» было «получение доступа к материалам уголовных производств относительно руководства НАБУ и САП», чтобы «скопировать и выкрасть [у Офиса генпрокурора] часть этих документов и электронных данных». По его словам, Офис расследовал тяжелые и особо тяжелые преступления, совершенные сотрудниками НАБУ и САП. Кривонос, например, находился у прокуроров под подозрением как фальсификатор и получатель неправомерной выгоды в особо крупном размере, а еще ему вменяли фиктивное усыновление ребенка с целью избежать ответственности в суде…

Тут журналисты раскопали, что сам Руслан Кравченко уже не в Украине. Накануне, около 2:30 ночи, он на служебном авто выехал из страны через один из пунктов пропуска на границе с Польшей. Жена генпрокурора покинула Украину автономно, двумя днями раньше. Возникла, как в «Ревизоре», немая сцена.

Ее прервал Игорь Смелянский, генеральный директор АО «Укрпочта». Смелянского насторожили фотокопии чеков за оплату почтовых отправлений. Их, вместе с деталями трекинга, неугомонный Кравченко тоже обнародовал. Смелянский обнаружил нарушение: заказные письма с «підозрами» были оплачены наличкой непосредственно в почтовом отделении, а не по безналичному расчету, как определено договором между почтовиками и Офисом генпрокурора и предусмотрено Бюджетным кодексом! Гендиректор срочно выпустил коммюнике под названием «Позиция “Укрпочты”», подчеркивая: для выяснения правовой оценки он уже обратился за официальными разъяснениями. Тем более что директор НАБУ Семен Кривонос на срочно собранном брифинге заявил: «підозру», выписанную Русланом Кравченко, ему лично не вручали и в НАБУ не привозили. Не хватало еще, чтобы почтовиков сделали в этой ситуации крайними…

Тем временем странствующий генпрокурор разместил в соцсетях очередной месседж: «Сейчас нахожусь в заграничной командировке. Запланирован ряд встреч, в ходе которых имею намерение проинформировать зарубежных партнеров о реальном положении дел в системе антикоррупционных органов». 

Сотрудники, оставшиеся на хозяйстве в Офисе, подняли приказы: точно, оформил себе сам командировку на пять дней, в Париж, в ПАСЕ, на слушания. В ПАСЕ участие Руслана Кравченко либо представителей его ведомства опровергли.

Понедельник тянулся и тянулся, фейсбук-страница и телеграм генпрокурора обновлялись. В эфир вышло видео с художественной заставкой: человек меняет маски. «Эпизод первый. Отец по расчету. “Янус” — Кривонос Семен Юрьевич, директор НАБУ. “Рея” — Хомченко Светлана Владимировна, мать усыновленного ребенка», — звучал закадровый голос. Сюжет разворачивался вокруг истории 2008 года, связанной с подкупом Кривоносом, в ту пору юристом агропредприятия, студентов-избирателей на выборах и с последующей попыткой избежать уголовной ответственности в качестве опекуна несовершеннолетнего. Следом увидел свет второй эпизод. Кривоносу инкриминировали коррупционные сделки с земельными участками в 2014-м. Операция «Карфаген» получала симметричный ответ в виде операции «Янус». Тот же детективный сюжет, никнеймы, видеофрагменты допросов…

Точности ради следует сказать: эти обвинения в адрес Семена Кривоноса не новы. И у журналистов, и у правоохранительных органов в прошлом были попытки «раскопать» оба скандала. Сейчас директор НАБУ отказался их комментировать, назвав бредом.

«Господи, да свяжитесь кто-нибудь с женой Кравченко, чтобы забрала телефон. Позор на весь мир. Человек в состоянии аффекта!» — не выдержали даже последовательные критики генпрокурора. «Он как шахид, который решил подорвать публично свой пояс. Только сделал это дистанционно, как трус. Пояс оставил здесь, а сам удрал за кордон. Всё это показывает, что на двести процентов оказался эгоистом», — цитировали украинские медиа своих собеседников в Офисе президента Украины. Президент Зеленский тоже не скрывал раздражения, когда направлял соответствующее представление в Раду: 

«У этого Генерального прокурора есть только один путь: увольнение с должности… Если он считает это политическим давлением, пусть так и называет. Прошу парламентариев поддержать увольнение безотлагательно».

Кажется, совсем недавно о самом молодом в истории страны, 36-летнем генпрокуроре Руслане Кравченко говорили совершенно в ином ключе и провластные политики, и оппозиция. Амбициозный, резкий, принципиальный, эгоцентричный, фанат следственных процессов. Главный обвинитель на суде над беглым президентом Виктором Януковичем, когда последнего признали виновным в государственной измене. В 2014–2015 годах служил по контракту в зоне АТО (антитеррористической операции) как прокурор военной прокуратуры, прошел окружение в Дебальцево, получил статус участника боевых действий. С 2021 по 2023 год руководил Бучанской окружной прокуратурой Киевской области. После деоккупации Бучи и всего района документировал преступления российских военных. Заочно объявлен в розыск в РФ еще в 2017-м году за «незаконное уголовное преследование российских военных в Крыму и в Севастополе», а в сентябре 2026-го, на фоне всеукраинских скандалов, «переобъявлен».

Во вторник, 15 сентября, Рада 317-ю голосами «за» дала согласие на увольнение Руслана Кравченко с должности генпрокурора. На брифинге журналисты спросили у главы Специализированной антикоррупционной прокуратуры Александра Клименко, собраны ли доказательства относительно Кравченко. «Мы не будем анонсировать свои “підозри”», — отреагировал Клименко.

Киев